Если ваши системные компоненты стоят в районе 200 у.е., то вы реально можете рассчитывать получить с них типичный 500-долларовый звук, если за типичный считать неотстроенный. В жизни так и cлучается – человек покупает хорошие дорогие hi-fi компоненты и устанавливает их в лучшем случае по прилагаемой инструкции. Например, регулирует движки эквалайзера AudioControl, пока столбики спектро-анализатора не составят ровную линию на тест-тоне. К своему ужасу, включив диск, он открывает, что его уши хуже приложенного тест-микрофона, поскольку больше нечем объяснить гнусавый звук в «эквализованной» таким образом комнате. Впрочем, в худшем положении оказываются серьезные аудиофилы, руководствующиеся наукой (выкладками сайтов МТУСИ, Van Den Hul и Genelec, форумом soundex). Они неизбежно затрачивают на твик (tweak – доводка) половину стоимости системы, после чего убеждаются, что «достигли предела совершенства» и… избавляются от нее, чтобы начать с нуля. Одну из таких систем мы собираемся вскоре представить читателю.

В обоих случаях заложена вовсе не патология пользователя, а недооценка окружающих факторов. Я говорю здесь о фазе сигнала, которую законодатели аудиофилии называют более понятно: переходные (transient) частоты. Помимо впечатляющих графических кривых, мы воспринимаем фазу непосредственно – как степень очерченности (нормального!) голоса в программе. Почему именно голос? Потому что он есть самый совершенный, выразительный и референсный инструмент, данный от природы и заложенный в инстинктах. Легко сосредоточиться и оценить не только его тембр, тональность, но и более важные аспекты: качество шипящих (сибилантов), прозрачность и быстроту (или, напротив, плотность и инерцию), ауру (ощущение размера образа в пространстве). Если вы ни в чем не улавливаете неприятных противоречий, то налицо синхронизация фаз излучений всех ваших колонок и соответственно правильно сбалансированные каналы.

Неприятие этого “правильного” звука начинается спустя месяц плотного восторженного прослушивания. Его причины в 90% случаев – в слишком чистом сигнале. Причина очарования живых выступлений и диких спонтанных аудиосессий (на какой-нибудь вечеринке или в клубе) – в легчайшей расфазировке. Часть живого сигнала не только запаздывает из-за отражений, но и слегка меняется по своей фазово-частотной характеристике. Как именно меняется – известно только Господу Богу. Нам точно известно, что в воспроизведении живого выступления “играют” совсем другие факторы. Выправить их все невозможно, а выправление одних лишь обнажает другие. Один из известных и начальных факторов – характер электропитания аппаратуры, которой присущ фазовый сдвиг по току и напряжению. Он отчасти конструктивен, так как та же ошибка проникает на стадии изготовления записи. Точка баланса дрейфует подобно щепке в открытом море. Ее обнаружением занимаются различные компенсационные схемы, раздельные усилители тока и напряжения, FIR-фильтры, калибровочно-измерительные цифровые устройства.

По этой причине абсолютно все заданные DSP-режимы (церковь, Зал Карнеги и т.д.) априори неверны – эта тема прозвучит в статье о настройке ресивера. Однако клин клином вышибают, и часть “божьего промысла” всегда у вас под рукой. Ваша комната. Замечено, что более “интересный, вовлекающий живой” звук получается в захламленных комнатах неправильной формы. В образцовых интерьерах такой звук требует ухода, кропотливой настройки через тонкий баланс поглощающих и звенящих предметов. Хаос незапланированных отражений и задержек в “сложной” комнате имитирует сложность самого изначального источника звука, если только это не секвенсор и не группа Kraftwerk. Чтобы опознать источник звука как достоверный, мозг следует снабдить информацией, которую тот не в состоянии проанализировать математически. Именно в этом ему отказано на так называемых “научно выставленных образцовых” системах. Можно выразиться менее казуистично: добиваясь строгой фазировки сигнала на каждой стадии тракта, пользователь почти всегда игнорирует объемную и амбиентную информацию, присущую звуковой сцене.

Я далек здесь от пропаганды грязного шепелявого звука (хотя именно за него обожаю “гаражный” рок). Синхронная фаза и единовременность прихода разных частот дает нам не только четкие свистящие звуки на вокале, но и разборчивость между “хэтом” и “тарелкой”, а протяженность частот дает еще и ощущение стука палочки о тарелку с ее послезвучием. Этими критериями можно пользоваться при настройке системы! Но, к сожалению, мало кому при этом удается донести до уха “сальные транзиенты”, то есть определенную смазанность границ между партиями и голосами в пространстве.

Читатель, должно быть, усвоил мысль прошлых публикаций: формулы – формулами, а пространство везде криволинейно. Нельзя учесть фактор запоздания СЧ по отношению к ВЧ в кабеле – и много чего другого в системе. Формула расчета АЧХ в вашей комнате может послужить грубым индикатором направления, в котором вы будете действовать. Вот ваши действия:

1. Подберите единственно верное положение сетевой вилки в розетке (в случае заземления - по направлению молдинга вилки вниз по стене, или руководствуясь соответствием нагруженного и нулевого проводников). Ряд аппаратов снабжен индикатором верной фазы. Критерий подбора на слух: каждый компонент системы выбирается по цельности рождаемого звукового образа и по минимальному эффекту маскировки образов, стоящих в пространстве за ним.

2. Путем выбора верного направления всех звуковых кабелей системы (направление всегда соответствует надписи или определяется эмпирически на слух) и установке компонентов (или всей стойки) на шипы добейтесь точного чистого звучания свистящих и шипящих на вокале, разборчивости и глубины перкуссии.

3. Улучшите п.2 установкой стабилизатора напряжения с хотя бы 2-кратным превышением суммарной потребляемой мощности системы, прокладкой медного силового кабеля от распределительного щитка, аудиофильскими кабелями крупного сечения, подключением колонок в би-ваеринге/би-ампинге, эмпирическим (на слух и во время звучания хорошо известной программы) поиском точки наиболее «громкой» отдачи каждой колонки, стабилизационными каменными плитами для особо легковесных компонентов системы. Звуковая сцена должна существенно расчиститься.

4. На терпимо высокой громкости звука завесьте центр потолка и заднюю за вами стену материей потолще (избегайте рифленых предметов!), на пол перед колонками положите некий ковер. На линии прослушивания или за ней, у голой боковой стены поставьте журнальный столик, вазу с декоративным деревом, (повесьте гитару Les Paul!) или любой “дробитель” стоячих волн и благородный резонатор. Стену за колонками неплохо отделать кирпичом. Благополучная развязка с полом ищется эмпирически, поскольку некоторые марки (Cerwin Vega, Warfedale, "винтажная" акустика) живут ей и только ей.

5. Если ничего не помогло, то скорее всего вы задействуете неблагоприятную короткую стену комнаты (а надо – длинную!) под колонки, которые, к тому же, слишком далеко отодвигаете от стен. Стена формирует звуковой образ. В идеале он не должен быть ни точечным, ни очень плотным. Передемпфированные комнаты убивают объем, в том числе – заднюю проекцию образов в стерео. Стекло, посуда, ниши и другие “звеняще-отражающие” поверхности обостряют грани образов до степени агрессии.

6. В типовом доме нельзя получить “нормальные” 20 Гц, но их можно вызвать, как джинна из бутылки. Понадобится басовик размером 12 – 15 дюймов, разворот колонок к точке прослушивания, возможно, еще эквалайзер, в котором вы вольны опустить движок 500 Гц и приподнять 100-герцовый (центральная частота которого обычно приходится на 40 Гц с гармоничным разворотом 25). Вы, однако, должны представлять себе цель работы: реализовать так называемое натуральное звучание инструментов или проявить хай-файную окраску своей техники?

7. Надо контролировать ситуацию на всех стадиях и просто чувствовать грань благоразумия, за которую никак нельзя переступать. “Транзиентам” (конкретно – границам партий в пространстве) нельзя давать ни обостряться, ни сгущаться. Если это имеет место, сделайте шаг назад. Ближе к грешной земле. Иначе вы рискуете не вернуться из космического холода, как хрестоматийный “Майор Том” из песни Девида Боуи "Space Oddity". Большинство серьезных аудиофилов уже давно порвали земные связи. Это вовсе не значит, что их ферритовые фильтры действительно защищают провода от радиочастотных наводок (или являются чистым украшательством). Их излюбленные слепые тестирования в этом смысле работают против них же самих. Впрочем, я не собираюсь объять необъятное в одной “азбучной” статье. Напротив, я сторонник дробного питания.